Слова: Александр АРЛЯПОВ

Подготовленное пару лет назад переиздание записанного в 1999 году альбома культовой томской группы «Секта Феникса». За новую редакцию и ремастеринг спасибо надо сказать Вадиму «serpent’у» Дикке (автор, кстати сказать, нашего журнала, Вадим в последнее время известен в качестве басиста и клавишника электронно-построковой формации PSVSV, а когда-то был одним из ключевых участников «Секты Феникса», в которой отвечал за гитару и синтезаторы).

Собственно, ответственность за оригинальный звук несёт тоже он – продакшн в 1999-​м был на нём. Тогда всё это писалось в рамках одной студийной сессии, в деревянном доме в историческом районе Болото («космос в таких домах гораздо ближе – от него отделяет только продуваемый всеми ветрами чердак»).

По словам самого Вадима, к ремастерингу он подошёл максимально бережно, вырезая лишь неизбежно возникшие в условиях свободного импровизационного полёта длинноты. Окончательный же вариант, как и исходная запись, «в полной мере содержит всевозможные шумы, 50-​герцовый гул, помехи от радиоволн, не говоря уже о взаимопроникновении инструментов за счёт микрофонного эффекта звукоснимателей». А учитывая, что запись производилась на бытовые компакт-кассеты, естественным образом состарившиеся к моменту оцифровки, немудрено, что в некоторых моментах «плывут панорама и фаза», что тоже не ретушировалось, добавляю свой штрих к общей звуковой картине.

Свободные импровизационные потоки звука, которые самым условным образом можно обозначать как сплав дарк-эмбиента, какого-то первобытного индастриала, готической психоделии и прочего «атонального синдрома». Самым классически выстроенным треком слушается первый – «Шива-разрушитель». По пути от него к последней композиции звук будто разлагается, подвергается трепанации и разложению на атомы. Особенно показательна тут 23-​минутная «Конструкция город». Последняя же пьеса – «Разрушитель» – полностью соответствует своему названию. По воспоминаниям Вадима, «после сессии johnjane показал присутствовавшим разбитые басовые струны; выглядели они жутковато: с порванной жилы серпантином свисала измочаленная оплетка. При прослушивании записи выяснилось, что в клочья разорвана и сама звуковая ткань: достойное завершение»…